Наверх

И.Ф. СИНЦОВ

Опубликовано: 2161 день назад (14 января 2013)
Блог: SharukhoGEO
Редактировалось: 2 раза — последний 14 января 2013
Просмотров: 1071
0
Голосов: 0
И.Ф. СИНЦОВ

УРОЖЕНЕЦ МОГИЛЕВЩИНЫ И.Ф.СИНЦОВ –
ПЕРВЫЙ ГЕОЛОГ САРАТОВСКОЙ ГУБЕРНИИ

С.Н. МОНИКОВ, Волгоградский отдел РГО, ВГПУ

В любой области науки, и не только ее, есть личности, отношение к которым противоречивое. Оно сложилось, с одной стороны, в силу субъективного отношения к ним со стороны современников. С другой стороны, с точки зрения их вклада в науку, мнение носит объективный характер. К числу таких личностей можно отнести геолога Ивана Федоровича Синцова. О нем, как, например, о его коллегах Мушкетове или Павлове, не написано ни одной книги, или сколь-нибудь существенного очерка. Отрывочные сведения о нем разбросаны по различным источникам. Попытаемся реконструировать из «информационных обломков» цельный портрет ученого и человека…
Иван Федорович Синцов родился 12 апреля (30 марта) 1845 г. в военном поселении Заселие (Заселье, Заселле) Могилевской губ. Но вскоре его родители переехали в Саратов, где прошли детство и юность Ива-на. В 1864 г. он поступает в Казанский университет на геологический факультет. Обучение геологическим наукам в Казанском университете началось практически сразу после образования университета в 1804 г. Уже в 1805-1806 гг. первые лекции по минералогии были прочитаны известным естествоиспытателем про-фессором К. Фуксом и адъюнктом, а затем профессором Ф. Эвестом. Мировое признание Казанская школа геологов получила в 1860-е гг., благодаря работам первого профессора - геолога Н. А. Головкинского, внес-шего в геологическую науку принцип миграции фаций в пространстве и времени, известного своими иссле-дованиями пермских образований Камско-Волжского района (затем работал в Новороссийском университе-те, где изучал Крым). Головкинский стал научным руководителем Синцова.
Научные дела у Ивана быстро пошли «в гору». В 1868 г. Синцов окончил университет со степенью кандидата естественных наук и был оставлен для подготовки к профессорскому званию. В 1869 г. он уже приват-доцент по кафедре геологии и минералогии, затем – хранитель Геологического кабинета. В 1870 г. в «Записках Императорского С.-Петербургского минералогического общества» выходит первая крупная на-учная работа Синцова «Геологический очерк Саратовской губернии». Небольшое предисловие проливает свет, по крайней мере, на выбор объекта научных притязаний автора: «Начало этой работы было предпри-нято еще летом 1866 года. По некоторым обстоятельствам, объяснять которые я считаю здесь лишним, мне довелось пробыть несколько летних месяцев в Саратове и заняться изучением этой местности… Спе-циальных геологических монографий о Саратовской губ., на сколько мне известно, нет никаких. Почти единственное сочинение, в котором приводятся некоторые обнажения из Саратовской губернии и даже из самого Саратова, – это сочинение Мурчисона; но оно на столько известно каждому геологу, что я считаю нужным лишь только упомянуть о нем».
Собранная Синцовым небольшая коллекция окаменелостей, из-за недостатка специальной литературы и бедности геологического музея Казанского университета, отодвинули окончание этой работы на несколь-ко лет. На следующий год ему представилась возможность вновь посетить Саратовскую губ.. Но так как, по некоторым причинам, план экскурсий не всегда зависел от него, то Синцов не мог «обстоятельно обследо-вать одну какую-нибудь местность, представляющую в геологическом отношении нечто целое». Не смотря на «препятствия», он собрал достаточно много материала, который показался ему настолько интересным, что подвигло его на написание геологического очерка. В многочисленных экскурсиях по Саратову и окрест-ностям Синцова сопровождал учитель Н. А. Песков, один «из деятельнейших местных коллекторов».
Не взирая на авторитет и заслуги знаменитого английского геолога Р. Мурчисона, Синцов подвергает сомнению результаты его исследований, указав на схематичность геологических описаний: «С этих пор [Мурчисон был в Саратове в 1841 г.] многим геологам приводилось ссылаться на показания этого ученого, но не одному из них не удалось проверить их лично. Уже из его описания было известно, что в Саратове есть двоякого рода обнажения, из которых одни, расположенные у северо-восточной части города, при-надлежат к юрской формации, а другие, находящиеся на западной стороне, – к меловой. Обе эти форма-ции, почти в самом городе, разделены большим оврагом».
Из Саратова Синцов отправился в Вольск, где, купив лодку, спустился на ней до Камышина. На этом участке Волги, он отметил переход меловых отложений в третичные южнее с.Щербаковки. До создания во-дохранилища около уреза Волги обнажался контакт меловых и палеогеновых отложений. В 3 км ниже Щер-баковки отвесная береговая стена сложена опоками желтовато-серого цвета палеогенового возраста. Синцов их не упоминает, т.к. впервые термин «опока» в современном его значении ввел в 1917 г. Я. Самойлов.
В Камышине проводником по окрестностям для Синцова стал местный учитель П. И. Зверев. Посетив горы Уши, и собрав отпечатки листьев «двусемянодольных растений», он устремляется далее на юг до Ца-рицына, сделав обзорное описание береговых обрывов: «Вскоре за Камышином серые глины [опоки – авт.] почти совсем пропадают и на них начинают накладываться рыхлые песчано-глинистые породы… В них весьма часто встречаются песчано-мергельные конкреции, содержащие громадное количество третичных окаменелостей. Составитель списка населенных мест Саратовской губернии описывает их таким образом: «В Царицынском у. замечательна местность, где стоит с. Караваинка, здесь на про-тяжении 20 в. слишком нижняя часть берега Волги, в разлив поднимаемая водой, так сказать усеяна раз-личной величины камнями, имеющими преимущественно форму сплюснутых эллипсоидов, почему они и по-лучили название «Караваев», т.е. хлебов. Это валуны, или скорее камни, выпавшие из берегов и в течение столетий обмытые и округленные водою. Некоторые из них величины огромной: так один каравай, разби-тый на мелкие части, дал материал на мощение возвоза у села, на пространстве 300 кв. саж. слишком. Караваи состоят из зеленовато-бурого песка и бесчисленного множества раковин, большею частью дву-створчатых пород, с сильною примесью железной окиси, служащей и цементом, и окраскою для этих со-ставных частей. Подобные караваи встречаются не только что на волжском берегу, но и в значительном от него расстоянии, в обрывах оврагов: очевидно, что пласт караваев занимает пространство весьма об-ширное». …Пласты с караваями постепенно падают к югу и за Сестринскими хуторами на них начи-нают накладываться новые группы. Близ с.Антиповки обнажение такого рода. Снизу лежат пласты рыхлого глинистого песчаника с караваями. Высота их простирается до 80 футов. Дальше небольшой слой плотного сероватого песчаника, от 6 до 8 футов. Еще выше слой крупно-зернистого песчаника; затем голубовато-серые глины. Оба последние пласта почти одинаковой толщины и не превосходят 50 футов. Наконец верхнюю часть занимают грубо-зернистые песчаники, Белаго цвета. Подобное об-нажение тянется до села Караваинка, откуда слои начинают падать, а за станцией Александровской [станица Суводская – авт.], между нижними пластами песчаников вставляется новая группа, которая, впрочем, скоро выклинивается [Здесь можно сказать, что Синцов сделал открытие известного в литературе Александровского грабена, но по молодости и неопытности не сумел должным образом распорядиться ре-зультатом исследования: приоритет его открытия принадлежит А. П. Павлову в 1896 г. – авт.] … Версты полторы ниже Пролейки кончаются последние караваи, с ними вместе исчезают рыхлые глинистые песчаники, а в след затем и белые глинистые породы; тогда как плотные песчаники сильно растут и за Широкой достигают maximum своего развития. Здесь мощность их не меньше 300 футов. Таким образом они тянутся за Водяное, а отсюда падают к югу… За последним селом начинают появляться желтые мергели; где впервые они показываются, мне не удалось определить, но у посада Дубовка эти мергели уже составляют всю верхнюю треть приволжских обнажений. От Дубовки падение слоев, по-видимому, идет правильно, и у Царицына последние пласты занимают почти все обнажение, тогда как песчаник всего не больше 8 футов».
Исследовав строение правого берега Волги в пределах Хвалынского, Вольского, Саратовского, Ка-мышинского и Царицынского уу. Синцов делает выводы о тектонике района: «Отсюда оказывается, что юрские пласты, начиная от Саратова, постепенно падают к югу… И если это так, то, на всем рассмот-ренном пространстве, наша юра образует две большие складки: антиклинальная ось первой из них нахо-дится в Саратове, тогда как второй близ города Хвалынска. Такие же точно складки наблюдаются и в меловой формации». В ссылке он дополняет: «Собственно говоря и в третичных пластах существуют две складки: синклинальная ось первой находится у Антиповки, а антиклинальная второй близ Александровки, но складки эти или чрезвычайно слабы, или течение Волги пересекает их под весьма острым углом».
В 1871 г. Иван Синцов защитил магистерскую диссертацию «Мезозойские образования Общего Сырта и некоторых прилежащих пунктов» (магистр минералогии и геогнозии). Одна единственная по-ездка в Заволжье вылилась в диссертацию. В том же году его приглашает И. И. Мечников перейти на кафед-ру геологии в только что открытый (1865) Новороссийский (Одесса) университет в качестве доцента. В 1872 г. Синцов защитил докторскую диссертацию «Об юрских и меловых окаменелостях Саратовской губер-нии» и стал профессором. В 26 лет – магистерская (кандидатская), в 27 – докторская! В научном «марафо-не» он обошел своего учителя Головкинского, ставшего доктором в 34 года. Последний вскоре перебрался в Одессу читать кристаллографию и минералогию. Этот научный тандем стал ведущим в университете.
В Новороссийском университете Синцов проработал до 1900 г.. Но связи с Поволжьем не прерывал до конца жизни. Научный интерес к мезозойским и третичным отложениям он перенес и в Южную Россию. Переехав в Одессу, Иван Федорович использовал свой богатый опыт по изучению этих отложений во время исследований в окрестностях Одессы, в Бессарабии, в Херсонской губ., тогда еще мало изученных.
И если в научном плане у Синцова было все благополучно, то на ниве преподавания не совсем. О преподавателе лучше студента никто не скажет. Почитаем отрывок из воспоминаний проф. Новороссийско-го университета А. Браунера (1857-1941), бывшего в 1876-81 гг. студентом естественного отделения физико-математического факультета: «Курс геологии в Новороссийском университете читал И. Ф. Синцов. Это – единственный профессор, к которому студенты-естественники моего времени относились холодно и даже неприязненно, хотя и не проявляли этого наружно. Причины такого отношения следующие: во-первых,… Н. А. Головкинский в свои лекции по минералогии вводил физическую географию, читал ее прекрасно, но и И. Ф. Синцов с этого начинал, и студенты, конечно, могли сравнить талантливое изложение Николая Алексееви-ча с сухим Ивана Федоровича; во-вторых, …слишком загружал свой курс «ракушками», благодаря своим большим работам в этой области и мало отводил места палеонтологии млекопитающих; в-третьих, и это самое главное, он «срезал» на магистерском экзамене гениального реформатора палеонтологии млеко-питающих В. О. Ковалевского (1874) из мести за плохой (словесный) отзыв о диссертации И. Ф. Синцова… Студенты знали обо всем. Впоследствии это было забыто. И. Ф. Синцов имел спокойный, хотя и сухой характер; а его корректность как-то не соответствовала описанному поступку, который оказался тем-ным пятном на светлом фоне преподавательского персонала естественного факультета, которым мы так гордились, любя одних, восхищаясь другими, уважая третьих». Об этом поступке Синцова упоминал известный геолог и палеонтолог А. А. Борисяк (1872-1944): «Срезал недобросовестно, пользуясь отсутст-вием другого специалиста по геологии, проф. Н. Головкинского, а также И. Мечникова и Н. Сеченова, и ко-гда возвратился Н. Головкинский и на этот раз попросил повторения экзамена сам В. Ковалевский, Синцов отказался наотрез, пригрозив отставкой: он знал, что в присутствии другого специалиста ему бы не уда-лось повторить свои экзаменационные фокусы». (Напомним лишь, что Владимир Онуфриевич Ковалевский (1842-1883) – выдающийся ученый-палеонтолог, основоположник эволюционной палеонтологии. Он был продолжателем лучших материалистических традиций русской биологической науки, развившихся под влиянием великих русских философов-материалистов, труды которого высоко ценил сам Дарвин. Ковалев-ский первым пошатнул научный авторитет Синцова).
Студентом естественного отделения физико-математического факультета Новороссийского универси-тета в 1880-84 гг. был крупнейший русский геолог и палеонтолог Н. И. Андрусов (1861-1924), которому до-велось учиться у И. Синцова. Как исследователь Андрусов формировался под влиянием блестящих лекций И. Мечникова. Геологические же методы ему пришлось осваивать самостоятельно, поскольку преподавание И. Синцова его не удовлетворяло: «У Ивана Федоровича заинтересоваться геологией было трудно. Читал он в высшей степени не интересно, не увлекательно. Студенты предыдущего курса даже устроили ему из-за этого скандал, заявили, что не желают его слушать. Каких-либо идей, какого-либо высшего интереса в его лекциях нельзя было найти. Ко всякому теоретическому порыву он относился охладительно. И конечно, не его лекции привлекали меня к геологии. Книги, которые я до него читал, природа, которой я заинтересо-вался, заставили меня идти к нему, извлекая из обстановки геологического кабинета все что можно, а из познаний Ивана Федоровича что мне было нужно… Надо сказать, что я был почти свободен. Иван Федо-рович Синцов обычно оставался в геологическом кабинете до завтрака и потом почти никогда не появлялся в нем. У меня был свой ключ от кабинета, и я там проводил все свободное время… Он был знаток верхне-третичных отложений; мои первые опыты касались их же. И я очень благодарен этому случаю, помогше-му мне разобраться быстрее, и благодарен за то, что он содействовал моим первым командировкам».
Не смотря на неудачи на преподавательском поприще, Синцов усиленно проводил исследования, обосновывая неправоту своих научных оппонентов [Н. П. Барбот де Марни – авт.]. Для доказательства Иван Федорович сделал многочисленные палеонтологические определения, уточнил геологическую карту, осу-ществил некоторые палеогеографические реконструкции, изучил меловые и силурийские отложения от Одессы до Дубоссар. Этими работами было положено начало довольно результативным и актуальным в то время геологическим исследованиям территории юга России.
Не прерываются исследования Синцова и в Поволжье. В 1874 г. он посещает Саратовскую и Самар-скую губ., затем Симбирскую. По материалам исследований у него вышли предварительный отчет (1875), статьи «Описание некоторых видов мезозойских окаменелостей из Симбирской и Саратовской губер-ний» (1877, 1880), «О меловых губках Саратовской губернии» (1878).
В 1882 г. был организован Геологический Комитет. Согласно утвержденному Положению, Геологиче-скому Комитету поручалось: 1) систематическое исследование геологического строения территории России; 2) составление и издание подробной геологической карты страны. Несмотря на весьма ограниченный штат, Геолком широко развернул работы по геологической съемке территории России. В этих работах принимали участие исследователи - геологи: И. В. Мушкетов (1850-1902), С. Н. Никитин (1851-1909), А. П. Павлов (1854-1929), А. Д. Архангельский (1873-1940) и др.. В числе изучавших восток и юго-восток Русской плат-формы был и И. Синцов. Первое заседание ГеолКома состоялось 15 марта 1882 г. На нем были проведены выборы кандидатов на замещение должностей старших и младших геологов Комитета для последующего утверждения их министром государственных имуществ. В предварительном списке кандидатов, «имеющих по своему научному цензу право на занятие должностей старших геологов», значилось 33 фамилии, среди многих именитых – Н. Кокшаров, Г. Щуровский, А. Иностранцев и др. – был и И. Синцов. Но он не прошел даже предварительного отбора. В итоге в результате баллотировки избранными оказались 6 человек: А. Карпинский, И. Мушкетов и С. Никитин – на должности старших геологов; В. Домгер, А. Краснопольский и Ф. Чернышев – на должности младших геологов.
Малочисленность персонала и необъятность российских просторов ставили Геолком в весьма трудное положение. Поэтому Комитет с самого начала своей деятельности стал привлекать к своим исследованиям геологов-сотрудников, которые непосредственно в комитете не работали, но проводили геологические рабо-ты под руководством, по плану и частично на деньги Геолкома. С 1883 г. в качестве геолога-сотрудника Ко-митета Синцов проводил съемку для 92 и 93 листов 10-верстной Общей Геологической карты. Помимо того, что Геолком составил специальные инструкции по первичным геологическим наблюдениям и рассылал их всем желающим заниматься геологическими исследованиями, он внимательно рассматривал все письма и образцы, присылаемые ему из различных уголков России. Одно письмо из нашего региона сохранилось в ЦГИА (С.-Петербург). Содержание письма имеет отношение к И. Ф. Синцову: «Проживая постоянно в сво-ем имении Кузнецкого уезда Саратовской губернии и занимаясь, насколько позволяют мои более теорети-ческие, чем практические, знания, топографическо-геогностическим исследованием помянутого уезда, я, ознакомившись с деятельностью Комитета по первому тому «Трудов», искренно желал бы войти в бли-жайшие с ним сношения и получить от него, если это возможно, практические указания и наставления в моих изысканиях, которые и для Комитета могли бы, по всей вероятности, иметь значение хотя бы пред-варительных разведок, что при обширности его задачи и отсутствию для нашей местности геологических исследований, смею думать, было бы не лишним. Северная часть Саратовской губернии из геологов, на-сколько мне известно, была посещена, и то лишь спешным проездом, г. Синцовым. Может быть, Комите-том выработана какая-либо программа для геологических экскурсий, – в таком случае я был бы весьма при-знателен ему за присылку оной и не замедлил бы ею воспользоваться насколько то оказалось бы для меня возможным. Кузнецкий уезд, по-видимому, на всем своем протяжении покрыт мощным слоем валунных наносов, почти совершенно лишенных органических остатков (встречается лишь окаменелое сосновое де-рево). Остаюсь с готовностью к услугам Комитета кандидат естественных наук Московского Универси-тета Федор Федорович Чекалин. Июнь 1885 г.».
А. Карпинский, не откладывая дела в «долгий ящик», направил через неделю Ф. Ф. Чекалину ответ: «Без сомнения Комитет отнесется к Вашему предложению войти с ним в ближайшие сношения с искрен-ней благодарностью и со своей стороны будет всеми средствами поддерживать эти сношения». Одновре-менно Карпинский переслал добровольному помощнику экземпляр инструкции для проведения геологиче-ских исследований и сообщил, что в ближайшие два года на территории Саратовской губ. будет работать проф. И. Синцов, с которым Чекалину надлежит поддерживать контакт. Этот небольшой фрагмент обшир-ной переписки свидетельствует о том, что Комитет очень правильно поступил, предав с самого начала рабо-ты широкой гласности свою деятельность. Это в свою очередь помогло ему наладить на периферии обшир-ную сеть корреспондентов.
В 1884 г. в «Известиях Геологического Комитета» вышел предварительный отчет Синцова о геологи-ческих исследованиях, произведенных им в Саратовской губ. и Области Войска Донского. Главным итогом работы он видел в следующем: «В районе, подлежавшем моему исследованию, встречаются палеозойские, мезозойские и кайнозойские образования, а именно осадки каменноугольной, нижнего и верхнего отдела ме-ловой, третичной и послетретичной систем».
В следующем году работа по геологическому картированию изучаемого района была завершена. Ре-зультатом его исследований стала монография «Общая Геологическая карта России. Лист 93. Западная часть. Камышин» (1885). И хотя Синцов в предисловии пишет, что «В 1883 г. Геологический комитет по-ручил мне исследования в пределах 93-го листа десятиверстной топографической карты... », на самом деле исследования начали им проводиться задолго до этого - в 1870 г. Что же ценного для геологии было в этой работе? Еще в период сбора материала для будущей геологической карты И. Синцовым были обнаружены новые выходы мела на правом берегу р. Медведицы у Слободы Красный Яр и на р. Бурлук до границы Са-ратовской губ. с Областью Войска Донского. И. Синцов также открыл выходы каменноугольных пород по берегу р. Медведицы у д.Куракиной, с.Жирное и слободы Александровской и юры на р. Добринке. Синцов был первым, кто приоткрыл самую древнюю страницу «каменной летописи» земли волгоградской. В своей монографии он пишет: «Около д.Куракиной, у самого берега Медведицы, выступают горизонтальные пласты белого фузулинового известняка… От д.Куракиной известняк направляется к с. Жирному и оканчи-вается у слободы Александровской… В верховьях Каменного оврага, оканчивавшегося в 5 в. выше Жирного, на протяжении около 3 в. обнажаются только пески и песчаники охристо-красного цвета. В остальной части его наблюдаются тёмно-серые глины до 8 м мощностью, из-под которых у конца оврага … высту-пает … каменноугольный известняк». Территория, входящая в западную часть 93-го листа Общей Геологи-ческой карты находится на самой северной оконечности Доно-Медведицкой гряды и расположена между Медведицей и Иловлей. Здесь в основном преобладают меловые и третичные отложения. Эта гряда не со-всем обычна. Она, по мнению геологов, как бы «дышит». Земная твердь, которую мы считаем незыблемой, постоянно совершает вертикальные движения. Только движения эти очень медленные – несколько милли-метров в год. В результате столь необычного для многих дыхания на дневную поверхность нашего края бы-ли вынесены самые древние отложения возрастом более 300 млн. лет. Первым, кто попытался объяснить причину появления известняков на поверхность, и был Синцов. Общая последовательность напластования меловых слоев привела его к мысли о том, что при их образовании эта территория пережила сначала опус-кание, а затем медленное поднятие. Но как столь древние каменноугольные породы оказались среди более молодых? Ответа на этот вопрос он так и не нашёл.
27 марта 1884 г., незадолго до выхода в печать монографии И. Синцова, старший геолог Геолкома С.Никитин доложил Присутствию отзыв на лист 93 – «Камышин». Он отметил несоблюдение Синцовым Инструкции Комитета по составлению «Общей Геологической карты России». Присутствие назначило Ни-китина редактором этой работы и предложило последнему внести в нее необходимые дополнения и коррек-тивы. Это был уже второй удар по научной компетентности Синцова.
Следующие два года Синцов работал севернее – в области 92-го листа Общей Геологической карты «Саратов-Пенза». Но и здесь результаты его работы не удовлетворили С. Никитина. В 1887 г. С.Никитин и П. Ососков (преподаватель Самарского реального училища) проводили геологическую съемку на площади того же листа, только в Заволжье. Синцов же работал на правом берегу Волги. При «сверке» результатов Никитин уличил Синцова в том, что тот при составлении карты использовал свои материалы более ранних исследований. С.Никитин отмечал, что для данной карты не соблюдены единые требования к выделению и картированию четвертичных отложений. Это вызвано тем, что Синцов « …в область речных долин вводит все площади по склонам этих долин и впадающих в них оврагов, покрытые лессом и близкими к нему глини-стыми осадками… », тогда как Никитин и Ососков, в соответствии с инструкцией, в речных долинах выде-ляли только, несомненно, аллювиальные новейшие образования. Кроме того, И. Синцов к лессу относил и конгломераты, и брекчии, и глины и т.п. Все это обусловливало существенные различия в показе четвертич-ных отложений на карте Заволжья и остальной территории листа.
Критические замечания С. Никитина по работам Синцова, высказанные к тому же обычно в откро-венно прямой и даже резкой форме, вызывали ответные возражения. Но Синцов не желал, или не умел, ра-ботать по-новому. На этот период падает расцвет научной деятельности другого русского геолога – А. Пав-лова, от которого Синцову тоже досталось. Павлов также критически подошел ко всем работам Синцова, подвергнув их пересмотру с разных позиций геологической науки.
Не стал исключением и Н. Андрусов. Мягкий и добрый в общении, когда дело касалось науки, он преображался при решении научных вопросов: твердый и принципиальный, умел отстаивать свою точку зрения. Так, между Андрусовым и его учителем Синцовым разгорелась острая полемика по поводу того, что в составленных Синцовым стратиграфических схемах неогенового и антропогенового периодов наименова-ния ярусов и горизонтов давались по наиболее распространенным в них родам моллюсков – мактровые и церитовые пласты, дозиниевый ярус и т.д. Н. Андрусов считал это нецелесообразным и вместо предложен-ных И.Синцовым названий рекомендовал более общие: для мактрового и церитового пластов – сарматский ярус, а для дозиниевого – мэотический. Андрусов считал такой подход к классификации более рациональ-ным и по этому поводу писал: «Мне очень жаль, что профессор Синцов обиделся на то, что я осмелился критически отнестись к некоторым его положениям, а еще более жаль, что я должен выступать теперь действительно на поле полемики. Но я должен защищаться».
В 1900 г. Синцов вышел в отставку и переехал в Петербург. Но он не оставил своих палеонтологиче-ских работ. Свою личную богатейшую коллекцию неогеновых беспозвоночных из Южной России, верхне-меловых из Симбирского и Саратовского Поволжья (особенно губок и белемнитов), млекопитающих из Бес-сарабии, сборы палеофлоры из камышинских гор Уши и др. он «уступил» Геологическому Музею Импера-торской Академии наук. Особую ценность и гордость Музея представляла коллекция буровых скважин Рос-сии, единственная по своей полноте и богатству материалов, собранная Синцовым в то время, когда он был заведующим геологической частью Министерства финансов. Книги, пожертвованные Синцовым, наряду с другими, положили начало библиотеке Музея. За это, но и не только, Ивану Федоровичу директор Музея предоставил возможность работать в небольшом кабинете с коллекциями и публиковать научные работы. Почти ежегодно из-под пера Синцова выходили 1-2 статьи, преимущественно почему-то на немецком языке. Всего им было опубликовано 68 научных работ. Незадолго до своей смерти Синцов собирал материал для работы о некоторых верхнесарматских мактрах, но рукописи о них после его смерти не было найдено.
Иван Федорович Синцов умер 9 июля (22 июля) 1914 г. в Петрограде после непродолжительной, но мучительной трехнедельной болезни (порок сердца на почве склероза сосудов). Небольшой некролог на че-тыре страницы с полным списком научных трудов Синцова в «Известиях Геологического Комитета» напи-сал его ученик Н.И. Андрусов.
В.Р. ЯРМАЧЭНКА | Дз. Л. Іваноў
Комментарии (0)

Нет комментариев. Ваш будет первым!